Намеченные на 20 октября выборы президента Молдовы только на первый взгляд кажутся абсолютно прогнозируемой кампанией.
В 2022 году, после начала полномасштабного вторжения России в Украину, страна, которая все 30 лет своей независимости старательно придерживалась курса на «дружбу со всеми», сделала геополитический поворот и заявила о желании стать членом Евросоюза.
В июне этого года ЕС официально открыл переговоры о будущем членстве Молдовы, а в Кишиневе осторожно прогнозируют, что стать полноправным членом блока страна может в 2030 году.
Нынешние выборы — первое серьезное испытание Молдовы на этом пути. Действующая глава государства Майя Санду выглядит фаворитом кампании, но за четыре года ее президентства у избирателей накопилось к ней немало претензий.
Проблемы могут прийти и с неожиданного направления: одновременно с президентскими выборами в стране проходит референдум о вступлении Молдовы в ЕС. Любой результат кроме уверенной победы сторонников Евросоюза может серьезно пошатнуть позиции Санду и поставить под сомнение дальнейшую евроинтеграцию Молдовы.
Наконец, большая неизвестная этой кампании — роль беглого олигарха Илана Шора, выстроившего, по данным молдавских правоохранителей, за деньги Кремля беспрецедентно масштабную схему подкупа избирателей.
Интрига первая. Первый тур или второй
Большинство наблюдателей убеждено, что президентом останется Майя Санду. Опросы показывают, что в первом туре она набирает около трети голосов, опережая ближайшего преследователя примерно в три раза. Если верить социологическим моделям, во втором туре она легко обходит любого потенциального конкурента.
Более того, еще не факт, что второй тур вообще состоится. Дело в том, что соцопросы, проводимые молдавскими компаниями, замеряют настроения только тех избирателей, которые проживают непосредственно в стране.
В то же время на прошлых президентских выборах представители диаспоры отдали суммарно больше 15% от общего количества голосов, при этом 93% из них проголосовало именно за Санду, напоминает в разговоре с Би-би-си Якуб Пеньковский, специалист по Молдове из Польского института международных дел (PISM).
Теоретически, если подобная ситуация повторится в это воскресенье, то второй тур может и не понадобиться.
Но сравнивать 2024-й и 2020-й — дело крайне неблагодарное. Тогда молдаване, проживающие в странах Западной Европы, мобилизовались, чтобы не допустить повторного избрания на президентский пост «друга Путина» Игоря Додона. Да и Санду тогда была лидером оппозиции, с ее именем связывались надежды на скорые изменения к лучшему. Тогда в ее биографии еще не было четырех лет президентства, оценить которые однозначно очень тяжело.
Свою нынешнюю кампанию Санду построила на теме европейской интеграции Молдовы — учитывая начавшийся именно при ней процесс вступления в ЕС, она стала символом сближения с Европой.
Другое дело, что на прошлых президентских выборах Майя Санду обещала молдаванам более приземленные, осязаемые вещи — например, борьбу с коррупцией, повышение благосостояния населения, реформы системы правосудия. А здесь, признают даже убежденные сторонники президента, похвастаться особо нечем: Молдова остается одной из беднейших стран региона, цены растут, каждый год из страны уезжают десятки тысяч ее граждан, причем чаще всего речь идет о молодых молдаванах, которые не видят перспектив на родине.
Санду оправдывается: времени для радикальных реформ было слишком мало, да и сложившаяся на протяжении десятилетий порочная система ожесточенно сопротивляется изменениям. Оценивая четыре года президентства Санду, нельзя сбрасывать со счетов и мало зависящие от нее лично обстоятельства: эпидемию коронавируса, «энергетическую войну» с Россией, наконец полномасштабное вторжение России в Украину, разорвавшее логистические цепочки и коренным образом изменившее общую обстановку в регионе.
Нужно вспомнить, что в первые недели после вторжения Санду выдерживала паузу, воздерживаясь от заявлений, которые могли быть истолкованы как поддержка одной из сторон конфликта. И только позже, после появления информации о зверствах российских войск в Буче и после политического сигнала из Брюсселя о готовности ускорить европейскую интеграцию Украины, а заодно и Молдовы, Майя Санду окончательно очертила свою позицию поддержки Киева и ускоренного движения в ЕС.
«Тем самым Санду потеряла козырь, который она использовала в предыдущей кампании: тогда она обращалась к центристскому электорату, к „электоральному болоту“. Сейчас она явно сдвинулась вправо, в сторону „проевропейцев“. С одной стороны, это не трагично: там нет других крупных игроков, конкуренции там практически нет. С другой — часть молдавского общества, занимающая пророссийские позиции или поддерживающая любой „третий путь“, довольно высока. Если бы эта среда оказалась способной выдвинуть собственного единого кандидата, выиграть Санду было бы намного тяжелее», — говорит Сергей Герасимчук, заместитель исполнительного директора киевского центра «Украинская призма».
Интрига вторая. Кто финиширует вторым
Действительно, сложно сказать, что станет более определяющим фактором на молдавских выборах — сила Майи Санду или слабость противников действующего президента.
Молдавская оппозиция подошла к этой кампании в совершенно разобранном состоянии, и наличие в избирательном бюллетене сразу десяти конкурентов Санду, ни один из которых не может по-настоящему навязать ей борьбу, — лучшее тому доказательство.
Причин, по которым оппозиция не смогла или не захотела объединиться, довольно много. Во-первых, говорит исполнительный директор кишиневского Института стратегических инициатив Владислав Кульминский, в этом состоят классические молдавские внутриполитические игры: с одной стороны, вроде есть целый ряд политиков, выступающих против президента, с другой — каждый из них хочет быть тем героем, который поведет остальных в бой и не хочет уступать это лидерство другому.
Во-вторых, утверждает президент кишиневского аналитического центра Watchdog.md Валериу Паша, было бы заблуждением считать, что в Молдове существует какой-то единый пророссийский электорат, который мог бы «окучить» такой единый кандидат: «Есть умеренные жертвы российской пропаганды, считающие, что „не все так однозначно“. Есть более радикально настроенные люди — их меньше, зато они значительно громче. Отсутствие монолитной группы электората, подверженного российскому влиянию, и стало причиной выдвижения такой разношерстной группы конкурентов Майи Санду».
Наконец, не следует забывать, что нынешнюю президентскую кампанию многие рассматривают в качестве «разминки» перед парламентскими выборами, запланированными на лето следующего года. И тогда участие в президентской гонке для любого политика — это возможность «засветиться» перед избирателями, обратить на себя внимание потенциальных инвесторов.
Еще несколько месяцев назад считалось, что главным конкурентом Санду станет предыдущий президент страны, лидер Партии социалистов Игорь Додон. Собеседники Би-би-си утверждают, что его решение не участвовать в выборах можно объяснить довольно легко: шансов победить Санду во втором туре у него немного, а второе подряд поражение могло бы привести московских спонсоров Додона к выводу о том, что дальше ставить на него бесперспективно.
Поэтому социалисты выдвинули в президенты бывшего генпрокурора Александра Стояногло, и именно он чаще всего фигурирует на второй строчке предвыборных рейтингов с результатом в около 10%.
Козырь Стояногло — имидж новичка в политике (он даже называет себя «аполитичным» кандидатом») и честного борца с преступностью в прошлом. Он был отстранен от должности генпрокурора после того, как партия Майи Санду победила на парламентских выборах 2021 года: тогда Стояногло обвинили в коррупции и превышении служебных полномочий. Позже уголовное дело против него рассыпалось, а Европейский суд по правам человека постановил, что молдавская юстиция лишила экс-генпрокурора права на справедливое рассмотрение своего дела.
Сегодня он идет на выборы под лозунгом «Справедливость для всех» и утверждает, что в случае избрания президентом продолжил бы курс на евроинтеграцию, хоть и не в том виде, в котором она происходит сейчас. Как это сочетается с его выдвижением от партии, лидер которой имеет давние близкие отношения с Владимиром Путиным?
«Эти заявления — это просто попытка Стояногло привлечь на свою сторону как можно больше избирателей отовсюду. Бывший генпрокурор просто запутался в показаниях», — смеется Владислав Кульминский.
Третье место по результатам большинства соцопросов занимает старожил молдавской политики, эксцентричный олигарх и бывший мэр Бельц, второго по величине города страны Ренато Усатый.
В начале карьеры он позиционировал себя как пророссийский политик, позже — критиковал Владимира Путина за вторжение в Украину, сейчас — выступает за нейтралитет Молдовы и «умеренную внешнюю политику страны». В своем программном манифесте он утверждает: «Я буду президентом для всех хороших людей. Но я буду диктатором для негодяев и коррупционеров».
Остальные кандидаты, согласно данным опросов, наберут менее пяти процентов голосов.
Интрига третья. Сработает ли сетка Шора?
В бюллетенях не значится имени одного из главных героев избирательной кампании, но вести разговор о молдавской политике и ни разу не упомянуть о нем — решительно невозможно.
Речь идет об Илане Шоре — беглом олигархе, осужденном в Молдове на 15 лет лишения свободы за участие в «краже века»: в 2014 году из трех молдавских госбанков был выведен миллиард долларов, что составляло около 12% ВВП страны. Ныне Шор осел в Москве, здесь же он основал блок партий «Победа» и регулярно проводит его съезды — участников для них доставляют из Молдовы на самолетах с пересадкой в Стамбуле или Ереване. Илан Шор считается «рукой Кремля» в молдавской политике.
Почва для деятельности у Шора в Молдове благодатная: сентимент к России в обществе значительный, немало молдаван в бытовых разговорах связывают тот же рост цен именно с разворотом нынешних властей «от Москвы».
Несмотря на санкции против российских телеканалов, их сигнал легко можно поймать на повсеместно распространенные спутниковые антенны, а тот же сервис Rutube, несмотря на рапорты властей о его блокировке, остается вполне доступным.
Сам Шор в выборах принять участие не может в силу вступившего в силу приговора — да и неоднозначная репутация не давала ему особых шансов. Кандидата от блока Шора «Победа» Василе Болю молдавский ЦИК не зарегистрировал по причине проблем с документами. Тем не менее, по оценкам молдавских комментаторов, в избирательном бюллетене фигурируют сразу несколько кандидатов, связанных с Иланом Шором.
По данным молдавских правоохранительных органов, команда Шора организовала масштабную схему подкупа избирателей: только на протяжении сентября этого года в Молдову из России якобы было переправлено 15 млн долларов с целью непосредственного подкупа 130 тысяч избирателей.
Подробности схемы описаны в расследовании издания Ziarul de Gardă: его журналистка на протяжении трех месяцев посещала собрания сторонников Шора и подробно рассказала об огромной пирамиде нелегального финансирования связанных с беглым олигархом партий и подкупа избирателей.
Правоохранительная система, похоже, не в силах действенно противостоять настолько масштабной схеме манипуляций в ходе кампании: несмотря на рапорты силовиков о блокировке десятков телеграмм-каналов, связанных с Шором и его политическими структурами, на месте закрытых каналов немедленно появляются новые, и стать частью «сети» и сегодня можно буквально за несколько кликов.
Сам Илан Шор в комментарии ТАСС назвал обвинения в подкупе в свой адрес «абсурдным спектаклем» и «попыткой отвлечь внимание от реальных проблем: нищеты, коррупции и полицейского произвола».
Тем не менее, если верить правоохранителям и наблюдателям, с которыми пообщалась Би-би-си, в Молдове сложилась абсолютно фантасмагорическая ситуация: огромное количество избирателей стали частью гигантской схемы подкупа, в рамках которой им сообщат, за кого именно они должны проголосовать на этих выборах, в самый последний момент перед голосованием.
«Как Шор воспользуется сетью подкупленных избирателей — большой вопрос. Если речь идет о 130 тысячах человек, то это почти 10% от общего числа людей, которые собираются прийти на выборы, это огромное количество. Он может распределить эти голоса между разными кандидатами, таким образом, повысив их результат на выборах, но нельзя исключать и того, что он может подыграть кому-то и попытаться протащить его во второй тур. На кого именно сыграет Шор, сегодня неизвестно», — говорит Валериу Паша.
«Если эта сетка будет продвигать какого-то кандидата, он пройдет во второй тур, и за это его снимут с выборов, это может быть использовано как повод для протестов. Поэтому я бы не ожидал, что выборы пройдут тихо, мирно и спокойно, — ставки все-таки очень высоки», — допускает Владислав Кульминский.
О том, что определенные заинтересованные силы в России планируют организовать послевыборные беспорядки в Молдове, 17 октября заявили и местные силовики. Полиция и Служба информации и безопасности сообщили, что на протяжении нескольких месяцев более сотни молдаван проходили соответствующую подготовку — она включала, в частности, изготовление взрывчатки, управление дронами, технические особенности противостояния полиции — на территории России, а также Боснии и Герцеговины. В обучении потенциальных зачинщиков беспорядков якобы принимали участие инструкторы, связанные с ЧВК «Вагнер», добавили молдавские силовики.
Еще в начале октября Европарламент осудил «усиливающиеся враждебные действия России, ее вмешательство и гибридные операции в преддверии президентских выборов в Молдове».
Интрига четвертая. Что будет с референдумом
Парадоксально, но источником довольно больших проблем для молдавской власти в это воскресенье может стать инициатива, задуманная самой командой Майи Санду. Речь идет о референдуме по вопросу вступления Молдовы в Евросоюз.
Впрочем, это довольно условное описание того, о чем именно власть будет спрашивать граждан республики. 20 октября на избирательных участках они получат бюллетень с вопросом о том, как они относятся к тому, чтобы курс страны на интеграцию в Евросоюз был прописан в преамбуле к ее Конституции, а также чтобы будущее присоединение Молдовы к основополагающим договорам ЕС осуществлялось голосованием большинства конституционного состава парламента.
Даже ярые сторонники Санду соглашаются с тем, что любой результат референдума будет иметь исключительно политическое значение — он по определению не может ускорить продвижение Молдовы к обретению членства в ЕС.
«Вероятно, команда Санду изначально замышляла референдум как своеобразное мероприятие в рамках избирательной кампании президента, как попытка мобилизовать ее избирателя, проевропейского избирателя. Мол, даже если вы несколько разочарованы в Санду и ее президентстве, придите и проголосуйте за ЕС. А заодно и в президентских выборах примите участие», — говорит Сергей Герасимчук.
Социология показывает, что в молдавском обществе сформировалось не подавляющее, но большинство, выступающее за интеграцию государства в Евросоюз. Поэтому проведение такого референдума выглядело беспроигрышным ходом со стороны проевропейски настроенной власти. Но инициаторы референдума, похоже, не ожидали, что в эту игру на полную включатся их оппоненты.
В ситуации, когда пророссийские силы не выдвинули единого сильного кандидата в президенты, точкой приложения их усилий стал именно «европейский референдум». В результате в Молдове — в соцсетях, в телеграмме, в ютубе, в распространяемых по почтовым ящикам листовках — развернулась масштабная кампания против евроинтеграции.
Основных линий атаки на сближение страны с Евросоюзом три.
Во-первых, вступление Молдовы в ЕС якобы ведет к вступлению страны в войну против России. В рамках этого нарратива потенциальному избирателю как бы предлагают вспомнить, не со стремления ли Украины сблизиться в ЕС началась война, и, соответственно, такого ли будущего избиратель хочет для родной Молдовы.
Во-вторых, интеграция в Евросоюз отождествляется ее противниками с решительным наступлением на «традиционные ценности». В интернете гуляли фейки о том, что Кишинев обязуется после вступления страны в ЕС регулярно проводить гей-парады и легализовать однополые браки. Говорилось и о том, что членство в ЕС приведет к закрытию православных церквей в стране.
Наконец, в-третьих, вступление Молдовы в ЕС якобы автоматически приведет к росту цен на все без исключения товары и услуги. А еще европейские богачи в таком случае скупят за бесценок национальное богатство — плодородные земли Молдовы.
Официальный Кишинев пытается бороться с волнами дезинформации на тему европейской интеграции, однако эффективность его усилий остается сомнительной. А результаты опросов, согласно которым число молдаван, намеренных проголосовать за евроинтеграцию, ненамного, но превышает число противников сближения с ЕС, не позволяют властям почивать на лаврах: как минимум, еще неизвестно, насколько масштабным будет влияние на этот расклад «сетки Илана Шора».
Вот и получается, что положительный результат референдума будет выглядеть красиво, но, по большому счету, никаких дополнительных бонусов сближению Молдовы с ЕС не принесет — процесс переговоров о членстве и так формально начат, и референдум его никак не ускорит. Негативный же итог пошлет сильнейший политический сигнал Евросоюзу, в котором хватает скептиков в вопросе приема Молдовы.
«Руководству ЕС будет крайне тяжело продолжать по отношению к Молдове политику, как будто ничего не произошло. Процесс нашей евроинтеграции заморозится даже не на годы, а на десятилетия. Молдова, по сути, сама согласится оставаться „серой зоной“ между западом и востоком», — говорит Би-би-си Владислав Кульминский.
И, разумеется, негативный результат референдума станет для Москвы настоящим подарком, фундаментом, на котором можно будет строить структуру участия пророссийских политических сил в парламентских выборах 2025 года.
Интрига пятая. Что будет дальше?
Финиш президентской кампании немедленно дает старт новой кампании — парламентской.
Молдова — парламентская республика, и, если следовать букве закона, премьер-министр страны имеет значительно больше полномочий, чем президент.
Впрочем, Майя Санду до сих пор является неформальным лидером правящей партии «Действие и солидарность» и по сути курирует правительство Дорина Речана, говорит Якуб Пеньковский из варшавского PISM.
Пока такая ситуация сохраняется, механизм государственной власти работает более-менее исправно.
Если на следующих парламентских выборах большинство в парламенте сформируют оппозиционные Майе Санду силы, идиллия закончится. А вероятность такого сценария — не нулевая: согласно опросам, «Действие и солидарность» лидирует в партийном рейтинге популярности, но ее показателей мало для создания монобольшинства.
Поэтому результаты президентских выборов настолько важны: кому-то из их участников они откроют перспективы создания собственной политической силы и попадание в парламент следующего созыва, для кого-то станут предметом для переговоров о будущем сотрудничестве. В конце концов, говорит Би-би-си Сергей Герасимчук, для той же Москвы главная задача этих выборов — это своеобразные смотрины кандидатов, определение, какая именно степень пророссийскости лучше всего «заходит» нынешнему молдавскому избирателю — с прицелом на парламентские выборы, разумеется.
Но, конечно, все эти соображения будут актуальными, только если Молдове удастся пройти выборы 20 октября без скатывания в кризисные сценарии.
«Если такое небольшое государство как Молдова, в этих условиях невообразимого внешнего вмешательства, дезинформации и массового подкупа избирателей, незаконного финансирования кандидатов, других гибридных методов влияния, докажет, что его демократия способна все это превозмочь, то это будет очень важный прецедент, — говорит Валериу Паша. — Это покажет, что демократическая модель развития способна к определенной самообороне».
